Takemusu   Aiki   Dojo
О Сенсей
Главная
Айкидо
О-Сенсей
Этикет
Галерея
Статьи
Аттестация
Контакты
 
Новости

Кликайте на иконки социальных сетей вверху - там все наши новости и много интересного о практике Айкидо (без регистрации).

 

Главная > Cтатьи > Язык Богов

 

Объедини себя
С небом и землей;
Стань в самом центре
С сердцем, воспринимающим
Поток горного эха

Морихэй Уесиба

Кототама – язык Богов

Кототама служили Морихэю материалом и пищей для Айкидо: «Пусть эти кототама проникают в вас, разжигая вашу кровь, до тех пор, пока все ваше тело не застынет в кототама. Представляйте себя расширяющимися и разворачивающимися в широкий круг, произнесите кототама, а затем ощутите, как внутри вас собирается вселенная. Эта практика создает свет (мудрость), тепло (сострадание) и энергию (истинную силу)».

Кототама – это «слово-дух», поясняет Джон Стивенс (2002) в своей книге «Секреты Айкидо», является японским термином, но существование первоначального языка, вызванного к жизни непосредственно богами творения, — это понятие, глубоко укоренившееся во всей мировой культуре: «Да будет свет!» из Книги Бытия (1:3) — это кототама, в которой произнесение и действие одновременны.

«Бог научил Адама истинному языку — каждый звук в точности соответствовал каждому предмету, — поэтому Адам мог давать имена и названия всем растениям и животным мира». Древние пророки Израиля также прекрасно осознавали огромную силу кототама:  «Могучий боевой крик Иисуса Навина и его армии разрушил стены Иерихона (Нав. 6: 19)». Некоторые иудейские каббалисты верили, что текст «Торы», первые 5 книг Ветхого Завета, настолько силен, что может наделить человека способностью создавать миры, поднимать мертвых и другими чудесными способностями.

Мусульмане-суфии сочиняли мистические тексты, состоявшие исключительно из арабских кототама (схема Абджад (Abjad) — скрытый язык математической точности и эзотерического содержания). Также в исламе существует практика чтения вслух наизусть «Девяноста Девяти Имен Аллаха». Одно такое имя, например, Аль-Фатта, «Открыватель», — кототама, которая «открывает сердце человека и устраняет все преграды». Некоторые африканские племена, такие, как догоны, твердо верят в то, что речь сама по себе была первоначальным инструментом творения.

В Западной культуре, самый выдающийся пример принципа кототама встречается в начале Евангелия от Иоанна: «В начале было слово (logos)»; Бог словом сотворил мир. Logos также можно перевести как «совершенное созвучие», одновременное и гармоничное сочетание звуков. В таком случае гармония айки проявляется как звуки речи и музыки.

Звуки речи и музыки имеют целительный аспект, еще одно расширение принципов айки. Греческий философ и математик Пифагор в своей академии поощрял изучение «музыки сфер», начиная и заканчивая занятия песнями, которые, по его убеждению, могли излечить ментальные и физические недуги его учеников.

У индусов «принцип настроенности» выражался таким образом: «Что бы боги ни делали, они делают это посредством песни». Коренные американцы верили в то же самое: «Великий Дух дал человечеству песни и барабанный бой, чтобы сохранять связь с Божественным Присутствием». Звук, воплощенный в священном символе ОМ, дает материи форму и целостность. Все имеет свой голос. Творение идет от неуловимого к явному посредством звука. Вариации в концентрации и длине излучаемых атомами волн порождают то, что люди ощущают как свет, объем, структуру. Или, как сказал бы квантовый физик: «Вся материя — это вибрации».

В буддийских сутрах, которые начинаются с заявления: «И таким образом я услышал», состояние нирваны иногда определяется как гармоничное слияние всех первичных звуков: «Когда Будда появился, все животные с восторгом затрубили, заржали и замычали; все птицы от счастья защебетали в унисон; украшения мелодично зазвенели все вместе; а все музыкальные инструменты зазвучали как один».

В древнем Тибете работа отождествлялась с песней. У тибетцев была определенная песня для каждого рода занятий — вспахивания, засевания, сбора урожая, молотьбы зерна, погрузки товара перед выездом на рынок, подсчета прибыли, разбивания камней, дорожных работ, строительства домов, шитья, ткачества и так далее. Очень мало что делалось без животворного присутствия песни.

Морихэй сформулировал свое понимание кототама в контексте своей собственной культуры. Он глубоко изучал науку звука, преподававшуюся в буддийской школе Сингон и синтоитской секте Омото-кё. Онисабуро Дэгути, соучредитель Омото-кё, говорил Морихэю: «Каждый человек — это живой храм, миниатюрная Вселенная. Если ты хочешь узнать истину небес и земли и постичь великий замысел творения, изучи богов, которые живут внутри тебя. Если ты искренен в своем намерении и чист сердцем, то сможешь на самом деле услышать звуки, поддерживающие творение».

После многих лет интенсивного обучения Морихэй представил своим ученикам собственное видение кототама. «Большой Взрыв» в схеме Морихэя — это слог СУ. Это точка творения, центр всего существования. Произнося кототама, О Сенсей настраивал свой дух и тело на особое состояние необходимое для тренировки: «настроенность ведет к целостности и силе».

Обычно азиатская мысль высшим семя-звуком предполагает А, но в некоторых системах, таких, например, как система Морихэя, СУ является более подходящим кандидатом на эту роль, поскольку СУ представляет собственно акт дыхания, а не просто акт открывания рта, как А. Морихэй следующим образом объяснял эволюцию Космоса:

Не было ни небес, ни Земли, ни Вселенной, только одно пустое пространство. В этой бескрайней пустоте неожиданно проявилась одна-единственная точка. Из этой точки спиралью вышли пар, дым и туман, образуя светящуюся сферу, и родилась кототама СУ. По мере того как СУ расширялась по кругу вверх и вниз, вправо и влево, начались природа и дыхание, чистые и незагрязненные. Дыхание развилось в жизнь, и появился звук. СУ — это «Слово», употреблённое в христианской Библии.

На микрокосмическом уровне Морихэй поместил СУ в центральной точке нашего существа. В утробе человеческая жизнь начинается с одной-единственной сферы, которая посредством взаимодействия двух порождающих сил проходит через все формы органической структуры, начиная с низшей (амеба) до высшей (мужчина или женщина). Это означает, что человек переживает опыт сознательного существования еще в утробе — факт, который большинство людей забывает ко времени своего рождения.

Каким образом Морихэй на практике применял науку кототама? Морихэй большую часть утра проводил в уединении, практикуя кототама СУ и слушая вибрации А-О-У-Э-И. Перед самой тренировкой Морихэй, чтобы подготовиться, обычно использовал кототама О. Произнесенный со всей концентрацией тела и духа, звук О становится резонансом великого вселенского замысла. Морихэй чувствовал, что О и другие кототама приводят в действие скрытые силы Вселенной и даже дают человеку контроль над богами.

Поскольку Морихэй мог демонстрировать невероятные способности, можно предположить, что он действительно задевал своими кототама правильные струны. Но как ученикам использовать эти жизненно важные элементы культуры Айкидо? Хотя Морихэй постоянно говорил о кототама, это оставалось лишь его личной практикой. Он считал себя единственным в Японии, кто по-настоящему практикует кототама, и не давал никаких реальных инструкций. Кототама — это нечто такое, что каждый человек должен открыть для себя сам. При этом может быть использован любой язык, поскольку в каждом человеческом языке есть действенные слова-духи.

Некоторые люди, вероятно, не согласятся с последним утверждением (включая самого Морихэя, который унаследовал культурно обусловленное тщеславие Омото-кё и был уверен в том, что звук  СУ встречается только в японском языке). Такого рода лингвистический провинциализм — «Наш язык самый лучший и самый прекрасный, с ним не сравнится ни один язык мира» — был (и по-прежнему остается) широко распространенным. Кототама — это не волшебная абракадабра и действует только тогда, когда ей сопутствуют искреннее отношение, подлинное сострадание и глубокая мудрость.

Еще один важный аспект кототама — это киай, боевой крик Айкидо. На физическом уровне киай представляет собой воодушевляющий крик, исходящий из живота, отражающий гармонизацию тела и сознания. На духовном уровне киай — это побуждающая сила, придающая форму твердому намерению и полной концентрации.  Внешний киай Морихэя внушал благоговейный ужас — его крики можно было услышать за милю, — в то время как его внутренний киай давал ему возможность нейтрализовать атаку еще до того, как она начиналась. Даже когда Морихэй был уже при смерти, его киай все равно оставался невероятно мощным. Несмотря на то, что Морихэй был настолько слаб из-за своей последней болезни, что его приходилось нести вверх по лестнице, как только он входил в храмовую комнату и начинал чувствовать божественное присутствие, он гордо выпрямлялся во весь рост, расставлял руки в стороны и отбрасывал помогавших ему передвигаться учеников.

Киай составляет сущность всех японских искусств. Говорят, что мастер чайной церемонии Рикю настолько переполнялся киай во время церемонии, что даже самый искусный самурай не мог почувствовать у Рикю ни одного открытого для атаки места. Знатоки суси настаивают на том, что могут почувствовать, какой на вкус будет сырая рыба с рисом, по качеству киай в приветствии «Добро пожаловать», которое выкрикивает шеф-повар, когда клиент заходит в магазин. Коротко говоря, киай — это кототама энергии жизни.

Воплощение кототама на техническом уровне называется ямабико, «горное эхо». Морихэй часто представлял свое учение в форме поэзии стиля вака, которая является еще одной разновидностью кототама (можно проследить параллель в латинском cantare, означающем как «песню», так и «заклинание»).



Литература:

Стивенс, Джон. «Секреты Айкидо». Новое издание Софии, 2002.

 

   
  Статьи

 

 

«Дзансин»-клуб Айкидо (МХУ), Киев, Украина.(«Dzansin» - Aikido-Club, Kiev, Ukraine)
Copyright © 2006-2014 Dzansin. All rights reserved